Дата публикации

Кому и зачем понадобилось превращать Telegram-каналы в информационное оружие?

Russian Belarusian English

Жаль молодежь, которую как пушечное мясо через анонимные Telegram-каналы используют кураторы, сидя в мягких креслах за рубежом. Уже возбуждаются уголовные дела, нарушителей задерживают. И чем ближе президентские выборы, тем активнее деструктивные мессенджеры призывают устраивать бесчинства на улицах, тиражируют фейки, сыплют угрозами и оскорблениями в адрес людей, высказавших свое мнение в поддержку мира, стабильности и безопасности в Беларуси. Как работают технологии и можно ли оградить белорусов от негативного влияния сетевых площадок? Спросим у экспертов — начальника управления информации и общественных связей МВД Ольги Чемодановой, заместителя декана факультета журналистики БГУ по учебной работе и образовательным инновациям кандидата филологических наук Владимира Степанова, аналитика Белорусского института стратегических исследований Виталия Демирова.
 

***

«СБ»: Лучший антифейк — своевременная достоверная информация, и МВД здесь преуспело. Однако это не останавливает тех, кто назойливо и методично в анонимных каналах делает свое дело. 

О.Чемоданова: Мы это видим и реагируем на ситуацию. К тому же сами граждане стали активнее обращаться в милицию и в суд за защитой своих прав. В последнее время в органы внутренних дел поступили десятки заявлений о клевете, угрозах, оскорблениях в Telegram-каналах. 

Нынешняя предвыборная кампания проходит в условиях серьезного информационного давления, манипулирования общественным мнением, попыток дискредитировать власть и правоохранителей. 

Для создания негативных инфоповодов, запугивания поддерживающих государство людей, для постоянного вброса разжигающих недовольство граждан фейков широко используется интернет. Подготовка незаконных акций и вербовка сторонников ведется в том числе в Viber и Telegram. 

Происходящее в стране — часть технологий, направленных на дестабилизацию ситуации. Как видим, пытаются породить недоверие к власти, правоохранительным органам с одной стороны, с другой — внушить самим сотрудникам неуверенность в том, что они делают. Мы с уважением относимся к людям, которые, не скрываясь, высказывают свое мнение, говорят о видении развития государства. Однако нарушения закона недопустимы.

«СБ»: Один из примеров — недавние гродненские события, связанные с травлей семей сотрудников ОВД.

О.Чемоданова: Верно, они закончились уголовным делом. Обратите внимание на скриншоты некоторых сообщений, которые теперь уже установленные граждане адресовали жене милиционера.

Кто высказывал оскорбления и угрозы? Трое белорусов в возрасте 33—49 лет. Они неоднократно привлекались к административной ответственности, один из них более полусотни раз. 

Эти люди в экономической и социальной жизни своей страны не участвуют. Как вы понимаете, ни о каком выражении гражданской позиции здесь речи не идет. 

Все видели, во что вылились беспорядки вечером 14 июля, которые отдельные ресурсы пытаются представить как «мирные» акции. Изначально в Telegram-каналах людей призывали выйти на улицы, также координировали действия групп уже на местах. Были спровоцированы бесчинства и нападения на сотрудников. Все это есть на многочисленных видео и фото, размещенных в интернете. Что в итоге? Только в Минске — 115 протоколов, несколько уголовных дел. Четыре милиционера госпитализированы.

По экспертной оценке, до 60 процентов интернет-трафика планеты обеспечивают боты — искусственные программы, занятые в том числе распространением фейков.

Есть такой Telegram-канал «Армия с народом». За ним мы наблюдали с июня. Для конспирации администраторы площадки периодически удалялись, а затем появлялись новые. У неискушенного пользователя ресурса складывалось впечатление, что организаторы позиционируют себя как сотрудники силовых ведомств, которые якобы мало того что не согласны с существующим режимом в стране, так еще и готовы ему противодействовать. В чате активно призывали к силовому воздействию на представителей ОВД и внутренних войск в день возможных массовых протестов, сбору и координации в определенном месте готовых к активным действиям радикально настроенных граждан. Обсуждались конкретные способы противодействия, возможные провокации в отношении правоохранителей. Вот Сергей К. Какое-то время он служил в милиции, сейчас — охранник в ТЦ. В канале он, администратор, учил, «как забанить работу правоохранительных органов перед началом мероприятия на примере Минска и обеспечить себе безопасность», по пунктам раскладывал действия радикалов.
 


На допросах в милиции говорил, что его роль — в координации людей для участия в акциях протеста и сопротивлении правоохранителям: «Цель — вывод людей на площадь по примеру 2010 года, но в более масштабном объеме».

Владелец этого Telegram-канала (тоже охранник ТЦ) Евгений П. в мессенджере писал: мол, «группа создана для возможности делиться практическим протестным опытом, перспективами, путями развития, для психологической подготовки. Анализируем ошибки прошлых лет, делаем выводы». В его рекомендациях говорилось о взаимодействии групп лиц, предлагалось камуфлировать участников, разделять, планировать их шаги и так далее. Все это уголовно наказуемые деяния.
 


Кстати, в качестве прикрытия предлагалось привлекать девушек, пожилых людей, просто прохожих. Оно и понятно: с одной стороны, это яркая картинка для фейков, с другой — безопасность самих боевиков.

Еще одного «эксперта», Сергея Я., с силовиками связывает лишь то, что некогда он служил мастером по ремонту бронетанковой техники. До задержания был таксистом и админом группы «Армия с народом». Делился в чате, к примеру, способами борьбы с внутренними войсками. 

Кстати, пару штрихов к портрету «мирно протестующих». Их возраст — от 14 до 30 лет, есть среди них те, кто уже нарушал закон. Еще раз призываю наших граждан не поддаваться на призывы провокаторов. 
 

***

«СБ»: В белорусском сегменте к началу 2018 года насчитывалось более 200 Telegram-каналов, сейчас их, по разным оценкам, от 800 до 1500. Какова кухня таких мессенджеров? 
 

В.Степанов: Telegram привлекает публику своей простотой и репутацией защищенной от взлома платформы, гарантирующей пользователям полную анонимность. Но судя по ряду прямых и косвенных признаков, таких как утечка персональных данных, раскрытие личностей авторов отдельных каналов, анонимность здесь далеко не стопроцентная. 

В основном, как показывает статистика, Telegram популярен у активных 18—35-летних интернет-пользователей, которые приходят на эту площадку за общением, в поисках свободы самовыражения и виртуальной независимости. Этого в Telegram явно больше, чем в крупнейших социальных сетях: корпорации-владельцы сотрясаются от скандалов, связанных с цензурой сообщений, и к тому же заваливают пользователей рекламой, придумывая все новые способы монетизации.

В последние годы Telegram все заметнее и как источник информации. В среднем пользователь Telegram подписан на 10—25 каналов, причем в основном это развлекательные проекты. Общественно-политических ресурсов на площадке мессенджера относительно немного, но именно «инсайдерские» анонимные каналы приковывают всеобщее внимание. Цифры для наглядности: по данным сервиса «Медиалогия» на июнь 2020-го, 15 из 30 самых просматриваемых политканалов в русскоязычном сегменте принадлежали коллективам безымянных авторов. Эти проекты позиционируют себя как поставщики эксклюзивных данных и комментариев от «осведомленных источников». Хотя в большинстве случаев — это обычный политический PR в красивом таинственном антураже. 

Вообще, как политтехнологический инструмент Telegram проявил себя достаточно ярко. Активисты увидели в мессенджере надежный сервис не только для информирования аудитории, но и для ее мобилизации. Например, он применялся во время недавних протестов в Гонконге. Но не стоит ни демонизировать, ни переоценивать ресурс: это не более чем коммуникационное приложение. В 2001 году восторг вызывали SMS-рассылки, которые позволили вывести на митинги миллион филиппинцев. В начале 2010-х любой анализ «арабской весны» — волны восстаний на Ближнем Востоке и в Африке — обязательно включал реплики о «направляющей роли» микроблогов Twitter. 

«СБ»: Однако какие инструменты используют для манипулирования людьми? И всегда ли честно продвигаются каналы? 

В.Степанов: Некоторые администраторы действительно прибегают к черному SMM. Это когда вместо того, чтобы использовать честные, но недешевые и небыстрые методы раскрутки (рекламу, взаимные посты и т.д.), владельцы каналов жульничают и, затратив минимальные усилия, получают дутую статистику. Причем рынок достаточно обширен. Тысячу подписчиков можно купить условно за 10—25 долларов. Предлагаются подписчики «живые», «хорошие» и «с активностью». Можно купить и саму активность, количество просмотров, комментариев. Меры дают быстрый эффект, но ненадежны: администраторы платформы периодически устраивают «чистки», в последний раз по всему миру были удалены десятки миллионов аккаунтов. 

Что касается инструментов манипулирования аудиторией в Telegram, то они не отличаются от тех, к которым издавна прибегали недобросовестные СМИ: публикация сомнительных данных, сенсационность тона, подмена понятий и прочие ухищрения. Сейчас, во время избирательной кампании, подобные приемы применяются довольно широко. Например, эксплуатируется анонимная природа мессенджера: можно наблюдать, как недостоверная информация вводится в медийное пространство в виде «инсайда» на каком-либо канале или «слуха», которым делится лидер мнений, а затем уже широко тиражируется СМИ. Даже если информацию потом опровергнут, эмоциональный накал достигнут, и в данном случае это важнее всего. Словом, сегодня мы видим, как используются самые разные возможности сервиса: здесь и политическая реклама, и сатира в виде мемов, и чаты активистов, и противостояние армий ботов. По мере нарастания предвыборной борьбы мы будем, к сожалению, наблюдать, что многие информационные ресурсы будут становиться все радикальнее, а применяемые методы — все грязнее. 

Рассматривать Telegram в черно-белых тонах и видеть в нем только зло, на мой взгляд, неправильно. Есть ведь и познавательные каналы, любопытные чаты, блоги экспертов, которые интересно читать. В то же время рядовому пользователю не нужно питать иллюзий насчет этой площадки: под видом обмена «правдивой инсайдерской информацией» чаще всего ведутся PR-кампании или оттачиваются технологии воздействия на общественное мнение. 

Но если рассуждать более широко, с позиций государственного подхода, то очевидно, что в какой-то степени Telegram — это вызов для медийной сферы. С одной стороны, мы отчетливо видим опасности, которые таят в себе такие транснациональные коммуникационные сервисы, имеющие большую власть над информационными потоками. С другой — принцип «взять и запретить» тупиковый. Что и показал опыт России, которая пыталась блокировать мессенджер. Как видится, подход государства должен быть комплексным и взвешенным. СМИ важно перенести свои профессиональные и этические стандарты в эту новую среду и продолжать формировать информационную повестку в этих реалиях. Образовательным институтам — сфокусироваться на медиа­грамотности населения. Она нужна всем. И речь здесь не столько о том, чтобы обучить техническим навыкам по использованию Telegram, сколько о том, чтобы раскрыть его информационную кухню. Пользователям нужно рассказывать и про группы влияния, и про необходимость проверки данных, их корректной интерпретации. Нужно учить подходить к информации критично. 

Хотелось бы, чтобы белорусский сегмент Telegram стал перспективной средой для общения, обмена опытом, площадкой для общественно-политических дискуссий, а не радикализировался, превращаясь в «цифровое подполье». 

«СБ»: Что стало почвой для дезинформации, как создаются фейки? 

В.Демиров: Современный рынок СМИ в последнее время достаточно серьезно сместился в сторону цифровых платформ, о чем свидетельствуют снижение тиражей печатных изданий и высокая концентрация пользователей на диалоговых площадках социальных медиа. Особое место занимают Telegram-каналы, которые, помимо всего прочего, стали одним из основных инструментов формирования политического дискурса и протестных движений.

Высокая скорость получения, обработки и распространения сведений каждым интернет-пользователем, а также низкий порог входа в цифровую среду с отсутствием вертикальных информационных фильтров позволяют любому ее участнику задавать свой новостной тренд. Для этого не нужны специальное образование, профессиональное оборудование для создания сюжетов.

Использование «лукового» шифрования данных в специализированном браузере Tor или установка VPN-сервисов, возможность использовать оконечное end-to-end-шифрование от взлома переписки, возможность мгновенно менять номера мобильного телефона, никнеймы и доменное имя, наличие криптовалют, которыми можно получать оплату за новостной пост, в совокупности сделали создателей многих Telegram-каналов практически неуловимыми. Подобное положение вещей создало локальное информационное пространство, которое, с одной стороны, обладало ореолом загадочности как источника инсайта, а с другой — стало почвой намеренной дезинформации на фоне низкого (или же вовсе отсутствующего) фактчекинга.

Для укрепления этого ореола некоторые каналы стремятся продвигать ассоциацию о собственной аффилированности с определенным чиновником или профильным ведомством. 

На самом деле еще в 2016 году посредством ряда «инсайд-экспериментов» в российском информпространстве стало понятно, что за каналами не стояло никаких больших административных групп и сил влияния. Демонстрация подобной информированности, по сути, являлась фейком, что было видно на примере «Незыгаря».

Его авторы просто ждали ночи, когда федеральные газеты публиковали свежий номер на сайте, брали оттуда инсайды и печатали их под видом собственной информации, пока большинство читателей не успевали понять неоригинальность контента. То же с аналитикой — брали ее с общедоступных ресурсов, включая блог политолога Татьяны Становой и сайт Московского центра Карнеги.

Большое количество фейков в Telegram-каналах обусловлено даже не их анонимностью, а скорее их невероятной продажностью. Если есть бюджет, можно зайти практически на любой канал и даже сеть каналов, связавшись с администратором и оплатив пост с определенным количеством знаков. 

Можно и вовсе купить канал и продвигать выгодную для себя повестку. Технически продать его очень просто, достаточно передать покупателю свою SIM-карту. Хотя часто из-за необходимости физически отдать SIM-карту переговоры срываются.

Подобное положение дел приводит к тому, что понятия истины и достоверности сегодня оказываются под угрозой, а верх берет борьба интересов и бюджетов. Ситуация не изменится до тех пор, пока не появится эффективных технических инструментов фактчекинга, работающих в режиме реального времени. 

ВОТ ЧТО «ЭКСПЕРТЫ» ИЗ TELEGRAM-КАНАЛОВ ГОВОРИЛИ В МИЛИЦИИ

Игорь З.: «Размещал негативные комментарии. Недостойное поведение, на эмоциональном взрыве. Извините, что оскорбил. Что написано, то написано, я раскаиваюсь».

Евгений П.: «Меня зовут Евгений. Владелец канала. Были призывы к силовым методам борьбы, но я эти методы не поддерживаю. Удалял сообщения из чата канала».

Сергей К.: «Состоял в Telegram-канале «Армия с народом», исполнял роль администратора. В мои обязанности входила координация людей для участия в акции протеста и сопротивлении сотрудникам ОВД. Цель — вывод людей на площадь, как в 2010 году… Раскаиваюсь, обещаю, больше такого не повторится».

В ТЕМУ 

В действительности протестные настроения и протестное сознание формируются на протяжении длительного периода времени за счет эффективного информационно-психологического воздействия через различные каналы, отметил в программе ОНТ «Контуры» аналитик Белорусского института стратегических исследований Алексей Авдонин:

Сейчас это и Telegram-каналы, и соцсети, и паблики, которые формируют и искажают сознание в первую очередь молодежи или, условно говоря, недовольных людей. Подогревают их ощущения, формируют эмоции. И главное, что они направлены на управление мечтой, как зачастую это говорится. Именно лозунги, идущие через такие телеграм-каналы, направлены на то, чтобы сформировать некое ощущение быстрых изменений, которые может дать та или иная «бархатная революция». И многие вдохновляются этими идеями, мечтами и двигаются за ними. В действительности лидеры, формирующие мнение, не заинтересованы в реализации мечты их сторонников, а в первую очередь заинтересованы в простой манипуляции, формировании массовых протестов.

КСТАТИ

Милиция продолжает устанавливать тех, кто угрожает, оскорбляет в сети. К административной ответственности, к примеру, уже привлекли двоих правонарушителей — 30-летнего уроженца Грузии и 23-летнего минчанина. Началось с того, что 5 июня в одном из Telegram-каналов они опубликовали персональные данные и ссылки на страницы в соцсетях людей, участвовавших в пикете у торгового центра в Минске. Затем им стали слать сообщения с оскорблениями. В итоге молодые люди написали коллективное обращение в милицию. Еще одна деятельница из Минска, ей 20 лет, выложила на своей странице в соцсети скриншот аккаунта участницы пикета, приправив фото оскорбительной подписью. На минчанку подали в суд с просьбой привлечь уже к уголовной ответственности. Рассматриваются и другие аналогичные заявления.

gladkaya@sb.by