Дата публикации

Попытки обелить преступления нацистов и их прислужников в современной Беларуси не имеют исторической перспективы

Клеймо адвокатов дьявола

Генпрокуратура планирует возбудить уголовное дело по факту геноцида белорусского народа в период Великой Отечественной войны. Сожженная с жителями Хатынь, которая стала символом всех сожженных в Беларуси деревень, не дает забыть о зверской жестокости оккупантов в уничтожении белорусов.

Какую роль в политике геноцида и «выжженной земли», которую проводили оккупанты в Беларуси, играли коллаборанты, наш разговор с главным советником Белорусского института стратегических исследований, кандидатом исторических наук Игорем Валахановичем.

Малюнак
Союз белорусской молодежи на построении.

На должности «бобика»

— Политика захватчиков в Беларуси вряд ли могла эффективно проводиться без помощи местных и неместных коллаборантов. Кто и почему шел служить оккупантам?

— Причины, которые толкнули человека к сотрудничеству с врагом, самые разные, классифицировать их сложно. Разумеется, были обиженные на советскую власть, пострадавшие от коллективизации. Многих заставили взять в руки оружие и нацепить повязку с надписью Polizei шантажом и угрозами. Военнопленные шли на это, чтобы выжить, вырваться из концлагеря, где смерть от голода и холода стала обыденностью. Но были и те, кто перешел на сторону врага добровольно, стремясь сделать карьеру, устроиться получше в жизни во время войны.

Малюнак
4 июля 1942 года текст воззвания был опубликован в «Белорусской газете».

Политики, которых привезли в обозе

— Политические коллаборанты, кто они, откуда взялись на нашей земле в таком количестве?

Игорь Валаханович — Большинство коллаборантов, которые возглавляли различные оккупационные структуры на временно оккупированной белорусской земле, прибыли в обозе немецкой армии. Многие из них давно сотрудничали с немецкой и польской разведкой, были двойными и даже тройными агентами. Конечно, какую-то часть этой публики можно считать убежденными борцами за те идеалы, в которые они верили и хотели воплотить в жизнь, даже вступив в сделку с дьяволом — немецкими нацистами.

— Почему именно в 1943 году оккупанты резко активизировали поддержку и организацию коллаборационистского движения?

— В 1943-м дела у немцев пошли откровенно плохо: стал очевиден перелом на Восточном фронте. Германия столкнулась с дефицитом ресурсов, прежде всего мобилизационных, людских. На фронт были вынуждены бросать тыловые охранные дивизии из оккупированных стран, заменить которые планировали спешно создаваемыми формированиями из местных коллаборантов.

Поэтому немцы начали ту работу, о которой еще два года назад и помыслить не могли: обещать после войны создание квазигосударства, разрешить создание неких национальных структур для него. Пока же эти организации должны были помогать в экономической эксплуатации захваченной территории Беларуси, а также способствовать, как СБМ, угону молодежи на принудительные работы в Германию.

— Зачем оккупантам понадобилось создавать в Минске 23 февраля 1944 года при «Беларускай цэнтральнай радзе» военное формирование «Беларуская краёвая абарона»? Что это за структура и чем она отличилась?

— Немцы хотели вести борьбу с партизанами руками самих белорусов, потому и пошли на такой шаг. Новые белорусские формирования должны были сменить немецкие охранные части в тылу и вместо них противостоять партизанам. 10 марта 1944 года была объявлена мобилизация в БКА.

Правда, ничего из этой затеи не вышло: партизаны развернули разъяснительную работу, люди, несмотря на угрозу смертной казни, всячески уклонялись от мобилизации.

Часть мобилизованных немцы отправляли в распоряжение военно-строительной организации «Тодта»: им была необходима рабочая сила для ремонта дорог в Беларуси.

Тем не менее к 20-м числам апреля 1944-го было сформировано 34 пехотных батальона, списочный личный состав которых насчитывал чуть более 20 тысяч человек.

Замечу: эта цифра на порядок меньше, чем численность сражавшихся с врагом партизан и подпольщиков, ничтожный процент от населения Беларуси. И она не идет ни в какое сравнение с сотнями тысяч вооруженных коллаборантов в других странах, которые шли на службу к немцам добровольно, из которых формировали дивизии, корпуса и целые армии.

Малюнак
Карательная операция в Беларуси.

— Как воевало это «воинство», что с ним было дальше?

— Первым из батальонов БКА участие в боевых действиях принял 15-й Городищенский батальон под командованием лейтенанта В. Родько. Он был присоединен к оперативной группе фон Готтберга, которая должна была очистить от советских партизан районы Лепеля и Борисова (операция «Праздник весны» (Frühlingsfest). В первой половине июня 1944 года немцы решили использовать еще один батальон — 34-й, который дислоцировался в Столбцах. Однако многие солдаты батальона разбежались прямо перед своей посадкой на поезд. Чтобы не допустить окончательного развала батальона, начальник штаба БКА Кушель послал в Столбцы своего заместителя — капитана Микулу, который смог уговорить солдат отправиться на операцию.

Отличился в боях с советскими партизанами 68-й (Новогрудский) батальон БКА под командованием Рогули. «Подвиги» этого коллаборационистского формирования и его командира в послевоенный период активно пропагандировались белорусской эмигрантской прессой. Да и сегодня на сайте Рады БНР периодически появляется подобная информация.

Батальоны, подготовка и вооружение которых не достигали даже среднего уровня, использовались в основном на охране гражданских учреждений и складов, на грабеже Беларуси: погрузке и отправке в Германию различного имущества, других хозяйственных работах.

Во время наступления Красной армии эти батальоны отступали вместе с частями вермахта, остатки личного состава разбежались, перешли на сторону партизан.

Война после войны

— Как сложилась судьба тех, кто сотрудничал с оккупантами и после освобождения Беларуси Красной армией не сложил оружие?

— Следует отметить: к моменту завершения Великой Отечественной войны попытки создания антисоветского подполья из числа участников белорусских национал-коллаборационистских организаций, руководимых и поддерживаемых германскими спецслужбами, закончились провалом.

Оставшиеся в Беларуси бывшие коллаборанты вели себя по-разному: кто-то сдался органам НКГБ-НКВД, кто-то залег на дно — жил нелегально, не предпринимая активных действий. Некоторые продолжали воевать с оружием в руках. Но всерьез говорить о деятельности на территории Беларуси в послевоенный период «Беларускай вызвольнай арміі» (другие варианты названия «Чорны кот», «Беларускае краёвае войска») не приходится.

Действовали ли на территории республики в послевоенный период вооруженные антисоветские подпольные формирования белорусских националистов? Да, действовали. Но считать их частью какой-то армии не нужно: их выступления носили локальный характер как по количеству участников, так и по территории деятельности. К тому же они утратили всю свою политическую оболочку и деградировали до уровня криминальных групп.

Например, в начале января 1955 года в ходе оперативных мероприятий по розыску главаря бандгруппы Е. Жихаря сотрудники госбезопасности его обнаружили и в ходе перестрелки убили.

За время нахождения на нелегальном положении Е. Жихарь и руководимая им бандгруппа совершили 23 террористических акта, 42 ограбления и 9 нападений на сельсоветы.

В мае 1949-го при оказании вооруженного сопротивления сотрудниками МГБ БССР был ранен и арестован И. Романчук, который находился на нелегальном положении с сентября 1944-го. Во время войны он служил инспектором Несвижского районного отдела Белорусской народной самопомощи (БНС). На протяжении 1947—1949 годов участники бандгруппы И. Романчука совершили ряд террористических актов. В мае 1949 года все они были арестованы сотрудниками органов госбезопасности, и затем Военный трибунал войск МВД Белорусского округа осудил их на 25 лет заключения каждого.

— Некоторые коллаборанты, убежав на Запад, тут же сменили хозяев, но не перестали бороться против народа. Какие эпизоды можно вспомнить в этой связи?

— Лидеры Рады БНР в начале 1950-х еще надеялись отыскать на территории Белорусской ССР следы подпольных антисоветских структур, установить с ними связь и использовать в интересах западных спецслужб, активно противодействовавших в то время Советскому Союзу в ходе так называемой холодной войны. В сентябре 1951 года с американского самолета на территорию Ильянского района Молодечненской области со шпионским заданием был десантирован эмиссар Рады БНР И. Филистович. В задание ему вменялся не только сбор шпионских сведений, но и изучение и подбор кадров будущей оккупационной администрации на случай возможного захвата БССР американскими войсками. В первоочередные задачи И. Филистовича входила организация подпольного печатания антисоветских листовок и прокламаций, тексты которых были заранее составлены Н. Абрамчиком и Б. Рогулей.

Попытки обелить преступления нацистов и их прислужников в современной Беларуси не имеют исторической перспективыВ сентябре 1952-го И. Филистович и все участники подпольной группы, за исключением убитого при задержании С. Микулича, были арестованы органами госбезопасности БССР. И. Филистович был приговорен к расстрелу, а остальные участники подпольной группы и их пособники к различным срокам тюремного заключения.

В августе 1952 года в Налибокскую пущу была десантирована с американского военного самолета еще одна группа из четырех парашютистов.

В задачи группы входил сбор разведданных о политическом положении БССР, об отношении населения к мероприятиям советской власти, о существующих в Беларуси подпольных антисоветских организациях и вооруженных формированиях.

Однако эти наполеоновские планы не были реализованы — шпионов задержали.

Отмечу, что после длительного перерыва в начале 2000-х Рада БНР вновь активизировала свою деятельность. И даже снова пытается влиять на внутриполитические процессы в нашей стране. Вновь тиражируются исторические мифы о «Черном коте», «белорусской партизанке». Героизируются упомянутые участники антисоветского подполья, действовавшего на территории Беларуси в послевоенный период.

Но факты — вещь упрямая: сотрудничество с врагом не геройство, а предательство. Так что историческую правду нам забывать нельзя.