Подписание Главой государства “китайской директивы” буквально накануне официального визита в Пекин президента США Дональда Трампа дало повод поразмышлять о потенциальном влиянии исхода переговоров в контексте национальных интересов Беларуси.
Встреча двух лидеров проходит на фоне фрагментированной международной системы, в том числе из-за конфликтов в Украине и на Ближнем Востоке, интенсивной торговой и технологической конкуренции, возобновления гонки ядерных вооружений. Однако с администрацией Трампа 2.0 Китай демонстрирует гораздо бóльшие уверенность и прагматизм, терпимость к риску, готовность к управляемой эскалации. Структурная экономическая взаимозависимость стран позволяет прогнозировать, что Пекин настроен на жесткий разговор в целях укрепления своего стратегического иммунитета. Опираясь на опыт противодействия тарифным войнам и санкциям, он уже активно выступает в защиту своей экономики.
Например, недавно Минкоммерции КНР запустило ответные расследования против действий США в области своих якобы избыточных производственных мощностей. Впервые апробированы правила противодействия необоснованному экстерриториальному применению иностранного законодательства, предписывающие китайским компаниям игнорировать санкции США, связанные с иранской нефтью.
Заблокирована покупка компанией Meta китайского стартапа в области искусственного интеллекта Manus, работающего в Сингапуре. Эти и другие кейсы отражают растущую уверенность китайского руководства. Перспектива заключения торговой сделки с США не мешает ему отстаивать свои стратегические интересы. Пекин гибко маневрирует в переговорной повестке, не опасаясь разрыва отношений. Это кардинальное изменение подходов по сравнению с прежней позицией, когда он молчаливо подчинялся санкциям.
Ключевыми столпами своего стратегического иммунитета в Китае позиционируются повышение уровня инноваций, устойчивости промышленности и цепочек поставок. Технологическая самодостаточность всегда была приоритетной задачей. Однако конкуренция с США усилила в Пекине ощущение необходимости наращивания инновационного потенциала. Со временем дискурс сместился от самодостаточности к стремлению к доминированию и лидерству в “оригинальных и прорывных инновациях” в фундаментальных и передовых областях.
Устойчивость цепочек поставок, особенно в условиях внешней нестабильности и принуждения, рассматривается как важнейший фактор обеспечения международной конкурентоспособности и национальной безопасности страны. В рамках новой пятилетки этим вопросам уделяется приоритетное внимание. Правительство призывает к “принятию чрезвычайных мер для достижения решающих прорывов в ключевых базовых технологиях”. В апреле Госсовет принял ряд законов, которые наделяют соответствующие ведомства полномочиями принимать ответные меры против источников предполагаемых угроз и рисков. С точки зрения Пекина, независимо от администрации в Белом доме, проект стратегического сдерживания КНР пользуется в США двухпартийной поддержкой. Поэтому китайские лидеры ожидают продолжения соперничества и усиливают контроль над важнейшими технологиями, отраслями и цепочками поставок.
Какими бы ни были результаты переговоров в Пекине, несомненно, они задают базовые контуры глобальной экономики и будущего миропорядка. Судя по актуальным трендам и двусторонней динамике последних шести месяцев, Китай определенно выступает с сильных позиций за столом переговоров. Газета “Жэньминь Жибао” (рупор ЦК КПК) на этот счет заранее четко расставила акценты. Подчеркнуто, что китайско-американские отношения не могут вернуться в прошлое, но у них может быть лучшее будущее. Диалог стал более равноправным и прагматичным, а основные позиции – более ясными, что демонстрирует возможность новой главы. Китай не бросает вызов Америке и не стремится ее заменить. В то же время, стремление защищать свои законные права и интересы остается непоколебимым.
Случайно или закономерно китайско-американские переговоры в Пекине совпали с проведением в эти же дни в Нью-Дели встречи министров иностранных дел БРИКС, где, помимо прочих, также обсуждаются технологическое партнерство, цифровые инновации, вопросы энергетической и продовольственной безопасности. Не стоит забывать и о том, что вскоре после саммита Си-Трамп состоится визит в КНР президента России В.Путина, по итогам которого следует ожидать не менее судьбоносных для мира решений.
По совокупности изложенных эпизодов ключевой вывод заключается в том, что в условиях глобальной геополитической и геоэкономической пересборки мира приоритетом для Минска должна стать диверсификация и укрепление партнерских отношений со всеми ключевыми игроками для повышения стратегической гибкости и устойчивости. Для этого важно продолжать противодействовать санкциям (вплоть до их снятия), наращивать внутренний потенциал в секторах критически важных технологий, а также совершенствовать прикладные механизмы контроля над промышленными, логистическимии финансовыми цепочками, в том числе в форматах ШОС и БРИКС.
Применительно к Китаю все эти меры в том или ином виде предусмотрены в упомянутой выше Директиве, которая призвана способствовать наращиванию динамики и объемов белорусско-китайского взаимодействия с акцентом на углубление промышленно-технологической кооперации, а также дальнейшее развитие торговой, инвестиционной и инновационной сфер. Вместе с тем фиксируемые БИСИ зарубежные экспертные оценки свидетельствуют о наличии устойчивого тренда – прагматизации подходов Пекина в отношениях даже с идеологически близкими стратегическими партнерами. Эта новелла потребует качественно новых подходов к практической реализации упомянутого выше документа.
